Норма 96. Взятие заложников

Норма 96. Взятие заложников запрещается.
Customary International Humanitarian Law, Cambridge University Press, 2005, том II, глава 32, раздел I.
Практикой государств эта норма устанавливается в качестве нормы обычного международного права, применяемой во время как международных, так и немеждународных вооружённых конфликтов.
Общая статья 3 Женевских конвенций запрещает взятие заложников[1]. Оно также запрещено Четвёртой Женевской конвенцией и является серьёзным нарушением этого договора[2]. Эти положения в некоторой степени являлись отступлением от тогдашней позиции международного права, сформулированной в деле Листа («деле заложников») в 1948 г., когда Военный трибунал США в Нюрнберге не исключил возможности взятия заложников оккупирующей державой в качестве последнего средства и при определённых строго оговоренных условиях[3]. Однако, в дополнение к положениям Женевских конвенций, практика, осуществлявшаяся с тех пор, показывает, что запрещение взятия заложников уже прочно утвердилось в обычном международном праве, и взятие заложников считается военным преступлением.
Запрещение взятия заложников признано как одна из основных гарантий, обеспечиваемых для гражданских лиц и лиц, вышедших из строя, в Дополнительных протоколах I и II[4]. Согласно Статуту Международного уголовного суда, «взятие заложников» является военным преступлением во время как международных, так и немеждународных вооружённых конфликтов[5]. Взятие заложников также числится среди военных преступлений в Уставах Международных уголовных трибуналов по бывшей Югославии и Руанде и Специального суда по Сьерра-Леоне[6]. Многие военные уставы и наставления запрещают взятие заложников[7]. Это запрещение также закреплено в законодательстве многих государств[8].
Случаи взятия заложников, будь то во время международного или немеждународного вооружённого конфликта, осуждаются государствами[9]. Международные организации, в частности ООН, также осуждали и осуждают подобные случаи в связи с войной в Персидском заливе и конфликтами на Ближнем Востоке, в Камбодже, Косово, Сальвадоре, Сьерра-Леоне, Таджикистане, Чечне и бывшей Югославии[10].
В деле Караджича и Младича в 1995 г., слушавшемся перед Международным уголовным трибуналом по бывшей Югославии, подсудимые обвинялись в серьёзных нарушениях за взятие в заложники миротворцев ООН. В своём обзоре обвинительных актов Трибунал подтвердил это обвинение[11]. В деле Блашкича в 2000 г. Трибунал признал подсудимого виновным во взятии заложников как в нарушении законов и обычаев войны и во взятии в заложники гражданских лиц как в серьёзном нарушении Четвёртой Женевской конвенции[12]. В деле Кордича и Черкеза, слушавшемся в Трибунале в 2001 г., обвиняемые были признаны виновными в серьёзном нарушении, заключавшемся во взятии заложников[13].
МККК призывал стороны как в международных, так и в немеждународных вооружённых конфликтах воздерживаться от взятия заложников[14] .
Международное право прав человека не запрещает конкретно «взятие заложников», однако такая практика запрещена в соответствии с правом прав человека, от которого невозможны отступления, поскольку она приравнивается к произвольному лишению свободы (см. Норму 99). Комиссия ООН по правам человека указала, что взятие заложников, где бы и кем бы оно ни совершалось, является незаконным деянием, которое подрывает саму суть понятия прав человека и никогда не может быть оправдано[15]. В своём Общем комментарии к статье 4 Международного пакта о гражданских и политических правах (относительно чрезвычайного положения) Комитет ООН по правам человека заявил, что государства-участники «ни при каких обстоятельствах» не могут ссылаться на чрезвычайное положение как «на оправдание действий, нарушающих гуманитарное право или императивные нормы международного права, например, взятия заложников»[16].
Международная конвенция о борьбе с захватом заложников определяет это преступление как захват или удержание лица (заложника) в сочетании с угрозой убить заложника, нанести ему повреждение или продолжать его удерживать с той целью, чтобы заставить третью сторону совершить или воздержаться от совершения любого действия в качестве прямого или косвенного условия для освобождения заложника[17]. В Элементах преступлений для Международного уголовного суда используется то же определение, но в них добавлено, что требуемое поведение третьей стороны может быть условием не только освобождения заложника, но и обеспечения его безопасности[18]. Именно конкретное намерение характеризует взятие заложников и отличает его от лишения кого-либо свободы в качестве административной или судебной меры.
Хотя запрещение взятия заложников предусмотрено в Четвёртой Женевской конвенции и обычно ассоциируется с взятием в заложники гражданских лиц, не существует указаний на то, что это преступление ограничивается взятием в заложники гражданских лиц. Общая статья 3 Женевских конвенций, Статут Международного уголовного суда и Международная конвенция о борьбе с захватом заложников не ограничивают это преступление взятием в заложники гражданских лиц, но относят его к взятию в заложники любого лица. Действительно, данное в Элементах преступлений для Международного уголовного суда определение применимо к взятию в заложники любого лица, находящегося под защитой Женевских конвенций[19].
[1]Женевские конвенции, общая статья 3.
[2]Четвёртая Женевская конвенция, статья 34 и статья 147.
[3]United States, Military Tribunal at Nuremberg, List (Hostages Trial) case (т. II, гл. 32, § 2195).
[4]Дополнительный протокол I, статья 75(2) (с) (принята на основе консенсуса); Дополнительный протокол II, статья 4(2)(с) (принята на основе консенсуса).
[5]Статут МУС, статья 8(2)(а)(viii) и (c)(iii).
[6]Устав МУТЮ, статья 2(h); Устав МУТР, статья 4(с); Устав Специального суда по Сьерра-Леоне, статья 3(c).
[7]См., например, военные уставы и наставления Австралии (т. II, гл. 32, §§ 2069–2070), Аргентины (там же, § 2068), Бельгии (там же, §§ 2071–2072), Бенина (там же, § 2073), Буркина-Фасо (там же, § 2074), Великобритании (там же, §§ 2110–2111), Венгрии (там же, § 2089), Германии (там же, § 2088), Доминиканской Республики (там же, § 2082), Испании (там же, § 2106), Италии (там же, §§ 2090–2091), Камеруна (там же, §§ 2075–2076), Канады (там же, §2077), Кении (там же, § 2092), Колумбии (там же, § 2078), Конго (там же, § 2079), Мадагаскара (там же, § 2094), Мали (там же, § 2095), Марокко (там же, § 2096), Нигерии (там же, § 2100), Нидерландов (там же, § 2097), Никарагуа (там же, § 2099), Новой Зеландии (там же, §§ 2098), России (Руководство 1990 г., § 5(н)), Румынии (т. II, гл. 32, § 2102), Сенегала (там же, § 2104), США (там же, §§ 2112–2115), Того (там же, § 2109), Филиппин (там же, § 2101), Франции (там же, §§ 2084–2087), Хорватии (там же, §§ 2080–2081), Швейцарии (там же, § 2108), Швеции (там же, § 2107), Эквадора (там же, § 2083), ЮАР (там же, § 2105), Югославии (там же, § 2116) и Южной Кореи (там же, § 2093).
[8]См., например, законодательство (там же, §§ 2117–2192).
[9]См., например, заявления Германии (в связи с конфликтом в Нагорном Карабахе) (там же, § 2198), Италии (там же, § 2199), Пакистана (в связи с конфликтом в Кашмире) (там же, § 2202), США (в связи с войной в Персидском заливе) (там же, §§ 2204–2205) и Югославии (там же, § 2207).
[10]См., например, Резолюции Совета Безопасности ООН 664, 18 августа 1990 г., § 1, 674, 29 октября 1990 г., § 1, 686, 2 марта 1991 г., § 2(c) и 706, 15 августа 1991 г., § 6; Заявления Председателя Совета Безопасности ООН, Док. ООН S/PRST/1997/6, 7 февраля 1997 г., Док. ООН S/PRST/1998/4, 24 февраля 1998 г., Док. ООН S/PRST/1998/5, 26 февраля 1998 г.; Резолюцию Генеральной Ассамблеи ООН 53/164, 9 декабря 1998 г., § 8; UN Commission on Human Rights, Res. 1992/71, 5 March 1992, § 2(d), 1992/S-1/1, 14 August 1992, § 5, 1995/55, 3 March 1995, § 11, 1998/60, 17 April 1998, § 19, and 1998/62, 21 April 1998, § 4; Council of Europe, Parliamentary Assembly, Res. 950 (т. II, гл. 32, § 2224); European Parliament, Resolution on violations of human rights and humanitarian law in Chechnya (там же, § 2225); OAS, Permanent Council, Resolution on Hostages in El Salvador (там же, § 2226).
[11]ICTY, Karadžić and Mladić case, Initial Indictment and Review of the Indictment (там же, § 2231).
[12]ICTY, Blaškić case, Judgement (там же, § 2232).
[13]ICTY, Kordić and Čerkez case, Judgement (там же, § 2233).
[14]См., например, ICRC Memorandum on the Applicability of International Humanitarian Law (там же, § 2236), Press Release, Tajikistan: ICRC urges respect for humanitarian rules (там же, § 2238), Communication to the Press No. 93/25 (там же, § 2240), Memorandum on Respect for International Humanitarian Law in Angola (там же, § 2241), Memorandum on Compliance with International Humanitarian Law by the Forces Participating in Operation Turquoise (там же, § 2242), Press Release No. 1793 (там же, § 2243) and Communication to the Press of ICRC Moscow (там же, § 2244).
[15]UN Commission on Human Rights, Res. 1998/73, 22 April 1998, §§ 1–4 and 2001/38, 23 April 2001, preamble and § 1.
[16]UN Human Rights Committee, General Comment No. 29 (Article 4 of the International Covenant on Civil and Political Rights), 24 July 2001, §§ 11 and 13(b).
[17]Международная конвенция о борьбе с захватом заложников, статья 1.
[18]Элементы преступлений для МУС, Определение взятия заложников как военного преступления (Статут МУС, статья 8(2)(а)(viii) и (c)(iii)).
[19]Элементы преступлений для МУС, Определение взятия заложников как военного преступления (Статут МУС, статья 8(2)(а)(viii)).