Норма 73. Биологическое оружие

Норма 73. Использование биологического оружия запрещено.
Customary International Humanitarian Law, Cambridge University Press, 2005, том II, глава 23.
Практика государств устанавливает эту норму в качестве нормы обычного международного права, применяемой во время как международных, так и немеждународных вооружённых конфликтов. Данная норма касается биологического оружия, которое предназначено для нанесения вреда людям. Вопрос о том, должна ли она применяться к гербицидам, рассматривается в Норме 76.
Запрещение применения биологического оружия во время международных вооружённых конфликтов основано на Женевском протоколе о газах и Конвенции о биологическом оружии[1]. Становясь участниками Женевского протокола о газах, 37 государств сделали оговорку, что сохраняют за собой право ответного удара, если противная сторона (и в некоторых случаях союзник этой стороны) нарушит условия Протокола. Поскольку 17 из этих оговорок «не использовать первыми» были отозваны[2], остаются лишь 20 таких оговорок[3]. Однако 18 из оставшихся 20 государств, которые сохранили свои оговорки, являются участниками Конвенции о биологическом оружии, которая запрещает любое обладание биологическим оружием[4]. Таким образом, ответный удар с использованием такого оружия с их стороны является незаконным. Итак, в настоящий момент только Ангола и Израиль остаются государствами, сохранившими оговорку «не использовать первыми» к Женевскому протоколу о газах и не являющимися участниками Конвенции о биологическом оружии.
Судя по усилиям, предпринимаемым в последние три десятилетия для уничтожения биологического оружия, государства считают, что это оружие не должно существовать и, следовательно, не должно применяться ни при каких обстоятельствах, в том числе и во время немеждународных вооружённых конфликтов.
Государства практически всегда отрицают обвинения в обладании этим оружием. Когда Россия признала в 1992 г., что по-прежнему имеет программу биологического оружия, она заявила, что обязательно прекратит её осуществление. С тех пор эта страна решительно отвергает предположения, что она продолжает производить биологическое оружие[5]'. Сообщения об иракских программах разработки биологического оружия вызвали осуждение международного сообщества[6]. Заявления и другая практика государств, как являющихся, так и не являющихся участниками Конвенции о биологическом оружии, показывают, что запрещение применения биологического оружия при любых обстоятельствах основано не только на договорном праве[7].
Существует широко распространённая практика государств в виде военных уставов и наставлений, а также законодательства, указывающая, что применение биологического оружия запрещено вне зависимости от того, является ли государство участником Конвенции о биологическом оружии и сделало ли оно оговорку «не использовать первым» к Женевскому протоколу о газах[8]. В Военно-морском руководстве США указано, что запрещение биологического оружия является частью обычного права и обязательно для всех государств вне зависимости от того, являются ли они участниками Женевского протокола о газах и Конвенции о биологическом оружии[9]. Три государства, не являющиеся участниками Конвенции о биологическом оружии, криминализовали производство, приобретение, продажу или использование биологического оружия[10]. Существует также внутригосударственное прецедентное право, запрещающее биологическое оружие, в том числе и во время немеждународных вооружённых конфликтов[11].
Запрещение биологического оружия также подкреплено рядом официальных заявлений. В январе 1991 г., например, Великобритания и США сообщили Ираку, что ожидают, что он не будет использовать биологическое оружие, хотя в то время Ирак имел оговорку «не использовать первым» к Женевскому протоколу о газах и не был ещё участником Конвенции о биологическом оружии[12]. В 2001 г. США обвинили Сирию в нарушении условий Конвенции о биологическом оружии, хотя Сирия не была участником Конвенции[13]. В своём заявлении перед Международным судом по делу о ядерном оружии Австралия указала, что применение биологического оружия нарушило бы «основополагающие общие принципы гуманности»[14].
Несколько резолюций Генеральной Ассамблеи ООН призывали государства присоединиться к Женевскому протоколу о газах и (или) Конвенции о биологическом оружии, а также строго соблюдать содержащиеся в них принципы и цели[15].
В 1990 и 1991 гг. МККК напоминал все сторонам в войне в Персидском заливе, что применение биологического оружия запрещено международным гуманитарным правом[16]. В 1994 г. он упомянул об этом запрещении в связи с конфликтом в Анголе, хотя Ангола имела оговорку «не использовать первым» к Женевскому протоколу о газах и не была государством–участником Конвенции о биологическом оружии[17]. Ни в одном из этих случаев утверждения МККК не оспаривались.
Практика подтверждает применимость данной нормы как во время международных, так и немеждународных вооружённых конфликтов, поскольку обычно у государств нет разных наборов оружия для международных и немеждународных вооружённых конфликтов. Все обвинения в использовании биологического оружия государствами отрицались и в большинстве случаев опровергались[18].
[1]Женевский протокол о газах; Конвенция о биологическом оружии, преамбула и статья 1.
[2]Австралия, Бельгия, Болгария, Великобритания, Ирландия, Испания, Канады, Нидерланды, Новая Зеландия, Россия, Румыния, Словакия, Франция, Чили, Эстония, ЮАР и Южная Корея (т. II, гл. 23, § 1).
[3]Алжир, Ангола, Бангладеш, Бахрейн, Вьетнам, Израиль, Индия, Иордания, Ирак, Китай, Кувейт, Ливия, Нигерия, Пакистан, Папуа Новая Гвинея, Португалия, Северная Корея, Соломоновы Острова, Фиджи и Югославия (там же, § 1).
[4]Конвенция о биологическом оружии, статья 1.
[5]См. практику России (а ранее Советского Союза) (т. II, гл. 23, §§ 210–213).
[6]См., например, заявления Великобритании (там же, §§ 219–220 и 222), Йемена (там же, § 237), Кубы (там же, § 106), СССР (там же, § 209), США (там же, § 233), Франции (там же, § 121) и Эквадора (там же, § 115); UN Secretary-General, Report on the status of the implementation of the Special Commission's plan for the ongoing monitoring and verification of Iraq's compliance with the relevant parts of section C of Security Council resolution 687 (1991), UN Doc. S/1995/864, 11 October 1995, Annex; Report on the activities of the Special Commission Established by the Secretary-General pursuant to paragraph 9 (b) (i) of resolution 687 (1991), UN Doc. S/1996/848, 11 October 1996; Report of the Secretary-General on the activities of the Special Commission Established by the Secretary-General pursuant to paragraph 9 (b) (i) of resolution 687 (1991), UN Doc. S/1997/301, 11 April 1997; Комиссия ООН по наблюдению, контролю и инспекциям, Заключительный доклад группы по вопросам разоружения и постоянного наблюдения и контроля в настоящее время и в будущем от 27 марта 1999 г., приложенный к письмам Председателя групп, учреждённых в соответствии с запиской Председателя Совета Безопасности от 30 января 1999 г. (S/1999/100), от 27 и 30 марта 1999 года, соответственно, на имя Председателя Совета Безопасности, Док. ООН S/1999/356, 30 марта 1999 г., Приложение I, §§ 22–24.
[7]См., например, заявления, практику и отражённую в отчётах практику (там же, §§76–241).
[8] См., например, военные уставы и наставления Австралии (там же, §§ 12–13), Бельгии (там же, § 14), Боснии и Герцеговины (там же, § 15), Великобритании (там же, §§ 37–38), Германии (там же, §§ 23–25), Испании (там же, § 34), Италии (там же, § 26), Камеруна (там же, § 16), Канады (там же, § 17), Кении (там же, § 27), Колумбии (там же, § 18), Нигерии (там же, § 31), Нидерландов (там же, §§ 28–29), Новой Зеландии (там же, § 30), России (Руководство 1990 г., § 6(д) и (е)), США (т. II, гл. 23, §§ 39–43), Франции (там же, §§ 20–22), Швейцарии (там же, §§ 35–36), Эквадора (там же, § 19), ЮАР (там же, § 33) и Югославии (там же, § 44), а также законодательство Армении (там же, § 45), Беларуси (там же, § 47), Бразилии (там же, § 48), Венгрии (там же, § 57), Германии (там же, § 55), Грузии (там же, § 54), Италии (там же, § 58), Китая (там же, § 49), Колумбии (там же, § 50), Молдовы (там же, § 61), Польши (там же, § 64), Таджикистана (там же, § 68), Украины (там же, § 69), Хорватии (там же, § 51), Швейцарии (там же, § 66), Эстонии (там же, § 52) и Югославии (там же, § 73).
[9] United States, Naval Handbook (там же, § 43); см. также France, LOAC Teaching Note (там же, § 22).
[10] См. законодательство Казахстана («производство, приобретение или продажа») (там же, § 60), Молдовы (проект закона, принятый в 2003 г.) («применение») (там же, § 61) и Таджикистана («производство, приобретение» или «продажа» и «применение») (там же, § 68).
[11] Japan, District Court of Tokyo, Shimoda case (там же, § 75); Colombia, Constitutional Court, Constitutional Case No. -225/95 (там же, § 74).
[12] United Kingdom, Letter to the President of the UN Security Council (там же, § 220); United States, Department of State, Diplomatic Note to Iraq (там же, § 233).
[13] United States, Statement at the Fifth Review Conference of States Parties to the Biological Weapons Convention (там же, § 236).
[14]Australia, Oral pleadings before the ICJ in the Nuclear Weapons case (там же, § 79).
[15]См., например, принятые без голосования Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 3256 (XXIX), преамбула, §§ 4 и 5, 32/77, преамбула и § 3, и 33/59 A, преамбула.
[16]ICRC, Memorandum on the Applicability of International Humanitarian Law (там же, § 272) and Press Release No. 1658 (там же, § 273).
[17]ICRC, Memorandum on Respect for International Humanitarian Law in Angola (там же, § 274).
[18]См., например, практику России (а ранее СССР) (там же, §§ 212, 231 и 277) и США (там же, § 108).