Норма 44. Надлежащее принятие во внимание защиты окружающей среды при проведении военных операций

Норма 44. При использовании методов и средств ведения войны должны надлежащим образом приниматься во внимание защита и сохранение окружающей среды. При проведении военных операций должны быть приняты все возможные меры предосторожности, чтобы избежать случайного ущерба окружающей среде или, во всяком случае, свести его к минимуму. Отсутствие точных научных знаний о последствиях определённых военных операций для окружающей среды не освобождает сторону в конфликте от принятия таких мер предосторожности.
Customary International Humanitarian Law, Cambridge University Press, 2005, том II, глава 14, раздел В.
Практика государств устанавливает эту норму в качестве нормы обычного международного права, применяемой во время международных и, по некоторым утверждениям, немеждународных вооружённых конфликтов.
Практика государств показывает, что защита, которая должна предоставляться окружающей среде во время вооружённых конфликтов, вытекает не только из применения к окружающей среде норм по защите гражданских объектов, но и из признания необходимости предоставлять особую защиту окружающей среде как таковой. Интенсивное развитие международного права по защите окружающей среды в последние десятилетия объясняется осознанием опасного ухудшения состояния окружающей среды, вызванного человечеством. Это развитие привело к тому, что сейчас интересы государства в защите окружающей среды признаются Международным судом (в деле о проекте Габциково-Надьмарош) «важнейшими интересами», которые могут оправдать отступление государства от других его международных обязательств со ссылкой на «необходимость»[1].
Важность окружающей среды как таковой была принята во внимание Советом Безопасности ООН в резолюции 1991 г., которая подтверждала, что Ирак несёт ответственность по международному праву за ущерб, нанесённый окружающей среде, и истощение природных ресурсов в результате незаконного вторжения в Кувейт и его оккупации[2]. Глубокую обеспокоенность ухудшением состояния окружающей среды также выразила Генеральная Ассамблея ООН в резолюциях, принятых в 1991 и 1992 гг.[3] В связи с этой обеспокоенностью Генеральная Ассамблея ООН объявила «6 ноября каждого года Международным днём предотвращения эксплуатации окружающей среды во время войны и вооружённых конфликтов»[4]. Обеспокоенность также выражалась в связи с ущербом, нанесённом природной среде Югославии и соседних стран бомбардировками НАТО территории Югославии во время кризиса в Косово[5].
Необходимость охранять окружающую среду во время вооружённых конфликтов закреплена в нескольких международных документах[6]. Общая необходимость защиты окружающей среды во время вооружённых конфликтов также сформулирована в некоторых военных уставах и наставлениях, официальных заявлениях и отражённой в отчётах практике[7]. Она также отражена в осуждении совершённых во время вооружённого конфликта действий, которые причинили серьёзный ущерб окружающей среде[8]. В своих выступлениях перед Международным судом в деле о ядерном оружии и деле о ядерном оружии (WHO) многие государства подчёркивали, что международное право признаёт важность защиты окружающей среды во время вооружённых конфликтов, и не ограничивали себя требованиями договоров, применяемых именно к вооружённым конфликтам[9]. Есть также свидетельства того, что во время войны в Персидском заливе соображения защиты окружающей среды повлияли на военное планирование, поскольку силы коалиции, по сообщениям, воздерживались от определённых нападений именно из этих соображений[10].
Кроме того, в Консультативном заключении о ядерном оружии 1996 г. Международный суд сделал вывод, что обязательство государств обеспечивать, чтобы деятельность, осуществляемая в пределах их юрисдикции и под их контролем, не наносила ущерба окружающей среде других государств или районов за пределами национального контроля, является частью обычного международного права[11].
Можно утверждать, что обязательство уделять должное внимание защите окружающей среды также применимо к немеждународным вооружённым конфликтам, если оказывается воздействие на территорию другого государства. Этот довод основан на том, что Международный суд признал сохранение экологического равновесия государства одним из его «важнейших интересов»[12] и заключил, что обязательство государств обеспечивать, чтобы деятельность, осуществляемая в пределах их юрисдикции и под их контролем, не наносила ущерба окружающей среде других государств или районов за пределами национального контроля, является частью обычного международного права[13].
Есть также доказательства того, что эта норма обычного права может применяться и к действиям сторон внутри государства, в котором происходит вооружённый конфликт. При обсуждении Дополнительного протокола II некоторые его участники поддерживали разработку договорной нормы с таким значением[14]. В то время она не была принята, однако с 1977 г. значительно увеличилось число сторонников применимости международного гуманитарного права к немеждународным вооружённым конфликтам. Помимо этого, многие договоры по экологическому праву относятся к действиям государства на его собственной территории (см. ниже). Существуют определённые примеры практики государств, которые указывают на обязательство охранять окружающую среду, применимое и к немеждународным вооружённым конфликтам, в том числе военные уставы и наставления, официальные заявления и многие выступления государств перед Международным судом в деле о ядерном оружии, подчёркивавшие, что окружающую среду следует защищать для общего блага[15].
Практика показывает, что обязательство принимать все возможные меры предосторожности, чтобы избежать случайного ущерба гражданским объектам или, во всяком случае, свести его к минимуму (см. Норму 15), в равной степени относится к ущербу, наносимому природной среде. Это предусмотрено в Руководящих принципах по охране окружающей среды в период вооружённых конфликтов[16]. Принцип, согласно которому должны быть приняты меры предосторожности, чтобы избежать ущерба окружающей среде или свести его к минимуму, также подтверждается в военных уставах и наставлениях и в официальных заявлениях[17].
В 1995 г. XXVI Международная конференция Красного Креста и Красного Полумесяца призвала стороны в конфликте «принимать во время военных операций все возможные меры предосторожности, чтобы избежать любых действий, которые могут уничтожить или повредить водные источники»[18].
Существует примеры практики, подтверждающие, что отсутствие точных научных знаний о последствиях определённых военных операций для окружающей среды не освобождает стороны в конфликте от принятия надлежащих мер предосторожности, чтобы предотвратить излишний ущерб. Поскольку возможные последствия для окружающей среды необходимо оценить при планировании нападения и полностью их оценить будет невозможно, «принцип принятия мер предосторожности» особенно важен для такого нападения. Принцип принятия мер предосторожности находит всё большее признание в экологическом праве[19]. Кроме того, существует практика, указывающая на то, что этот принцип экологического права применяется во время вооружённых конфликтов. В своём Консультативном заключении о ядерном оружии Международный суд заявил, что основополагающие принципы, признанные им в деле об испытаниях ядерного оружия в 1995 г. (в связи с «Просьбой об изучении ситуации в соответствии с пунктом 63 Решения Суда от 20 декабря 1974 года по делу об испытаниях ядерного оружия» (Новая Зеландия против Франции)), также относятся и к фактическому применению ядерного оружия в период вооружённого конфликта[20]. Это касается, среди прочего, и принципа принятия мер предосторожности, который был основным предметом споров в последнем деле[21]. В своём Докладе об охране окружающей среды во время вооружённых конфликтов, представленном Генеральной Ассамблее ООН в 1993 г., МККК следующим образом отозвался о принципе принятия мер предосторожности: «Этот принцип пока ещё находится в стадии формирования, при этом, однако, он уже повсеместно признаётся как принцип международного права. Цель принципа предосторожности состоит в том, чтобы предусмотреть и предотвратить ущерб окружающей среде, а в тех случаях, когда возникает угроза нанесения серьёзного и необратимого ущерба, отсутствие полной научно обоснованной определённости не использовалось бы как повод отложить принятие любых мер, которые могли бы предотвратить такого рода ущерб»[22]. Ни одно государство не оспорило это утверждение.
Кажется, не существует достаточного единства мнений относительно того, продолжают ли договоры по экологическому праву применяться во время вооружённого конфликта, когда в соответствующем договоре нет упоминания об этом. В Руководящих принципах по охране окружающей среды в период вооружённых конфликтов указано, что нормы международного экологического права «могут оставаться применимыми во время вооружённого конфликта в той мере, в какой они не противоречат положениям применяемого права вооружённых конфликтов»[23].
В своём Консультативном заключении о ядерном оружии Международный суд не обращался непосредственно к этому вопросу, но постановил, что экологическое право «указывает на важные факторы, которые следует надлежащим образом принимать во внимание в контексте осуществления принципов и норм права, применимого в период вооружённого конфликта»[24]. Немногие государства, анализировавшие этот вопрос в своих выступлениях перед Судом по этому делу, считали по-другому[25].
[1]International Court of Justice, Gabcikovo-Nagymaros Project case, Judgement (там же, § 121).
[2]Резолюция 687 Совета Безопасности ООН, 3 апреля 1991 г., § 16.
[3]Генеральная Ассамблея ООН, Резолюции 46/216, 20 декабря 1991 г., преамбула (принята 135 голосами при одном воздержавшемся), и 47/151, 18 декабря 1992 г., преамбула (принята 159 голосами при двух воздержавшихся).
[4]Генеральная Ассамблея ООН, Резолюция 56/4, 5 ноября 2001 г., преамбула и § 1.
[5]См., например, Council of Europe, Parliamentary Assembly, Committee on the Environment, Regional Planning and Local Authorities, Report on the Environmental Impact of the War in Yugoslavia on South-East Europe (т. II, гл. 14, § 117).
[6]См., например, Всемирную хартию природы 1982 г., принципы 5 и 20; Декларацию Рио-де-Жанейро по окружающей среде и развитию 1992 г., принцип 24; Руководящие принципы по охране окружающей среды в период вооружённых конфликтов, п. 11; Руководство Сан-Ремо, пп. 35 и 44.
[7]См., например, военные уставы и наставления Австралии (т. II, гл. 14, § 79), США (там же, § 81) и Южной Кореи (там же, § 80), заявление Йемена (там же, § 109) и отражённую в отчётах практику Ливана (там же, § 96).
[8]См., например, заявления Великобритании (там же, § 105), Германии (там же, § 91), Ирана (там же, § 93), Китая (там же, § 84), Колумбии (там же, § 85) и Нидерландов (там же, § 99).
[9]См. устные и письменные заявления перед Международным судом в деле о ядерном оружии Египта (там же, § 88), Ирана (там же, § 93), Катара (там же, § 102), Малайзии (там же, § 97) и Соломоновых Островов (там же, § 103), а также письменные заявления по делу о ядерном оружии (WHO) Коста-Рики (там же, § 87), Мексики (там же, § 98) и Шри-Ланки (там же, § 104).
[10]A. P. V. Rogers, Law on the Battlefield (там же, § 68).
[11]Консультативное заключение о ядерном оружии, § 29; см. также Конвенцию о биологическом разнообразии 1992 г., принцип 3; Стокгольмскую декларацию по проблемам окружающей человека среды 1972 г., принцип 21; Декларацию Рио-де-Жанейро по окружающей среде и развитию, принцип 2; заявление Ирана (т. II, гл. 14, § 92); American Law Institute, Restatement of the Foreign Relations Law of the United States (там же, § 123).
[12]International Court of Justice, Gabcikovo-Nagymaros Project case, Judgement (там же, § 121).
[13]Консультативное заключение о ядерном оружии, § 29; см. также Конвенцию о биологическом разнообразии 1992 г., принцип 3; Стокгольмскую декларацию об окружающей человека среде 1972 г., принцип 21; Декларацию Рио-де-Жанейро по окружающей среде и развитию 1992 г., принцип 2; заявление Ирана (т. II, гл. 14, § 92); American Law Institute, Restatement of the Foreign Relations Law of the United States (там же, § 123).
[14]См. практику государств во время обсуждений на Дипломатической конференции, принявшей Дополнительные протоколы (там же, § 150).
[15]См., например, военные уставы и наставления Италии (там же, § 10) и Южной Кореи (там же, § 80); заявления Аргентины (там же, § 29) и Колумбии (там же, § 85); устные и письменные заявления перед Международным судом в деле о ядерном оружии Египта (там же, § 88), Ирана (там же, § 93), Катара (там же, § 102), Малайзии (там же, § 97) и Соломоновых Островов (там же, § 103), а также письменные заявления по делу о ядерном оружии (WHO) Коста-Рики (там же, § 87), Мексики (там же, § 98), Руанды (там же, § 253), Украины (там же, § 261) и Шри-Ланки (там же, § 104).
[16]Руководящие принципы по охране окружающей среды в период вооружённых конфликтов, п. 4; см. также Всемирную хартию природы 1982 г., принцип 20.
[17]См., например, United States, Naval Handbook (т. II, гл. 14, § 11); заявления Ар гентины (там же, § 29) и Канады (там же, §§ 36 и 38); см. также Доклад МККК, представленный Генеральной Ассамблее ООН и включённый в Доклад Генерально го секретаря ООН об охране окружающей среды в период вооружённых конфлик тов, Док. ООН A/47/328, 31 июля 1992 г., § 54.
[18]XXVI Международная конференция Красного Креста и Красного Полумесяца, Женева, 3–7 декабря 1995 г., Резолюция 2, § F(b) в Международном журнале Красного Креста, № 8, январь–февраль 1996 г., с. 65–66.
[19]См., например, Конвенцию о биологическом разнообразии 1992 г., преамбула; Декларацию Рио-де-Жанейро по окружающей среде и развитию 1992 г., принцип 15; заявления Новой Зеландии (т. II, гл. 14, § 132) и Франции (там же, § 131); UN Economic Commission for Europe, Bergen ECE Ministerial Declaration on Sustainable Development, Article 7 (там же, § 133).
[20]Консультативное заключение о ядерном оружии, § 32.
[21] ICJ, Nuclear Test case (Request for an Examination of the Situation), Order (т. II, гл. 14, § 139). Новая Зеландия доказывала, что принцип принятия мер предосторожности является обязательной нормой (там же, § 132). Хотя Франция указала, что не уверена в том, что принцип принятия мер предосторожности стал обязательной нормой международного права, она, тем не менее, заявила, что на практике принимает меры предосторожности в соответствии с её обязательствами по международному экологическому праву (там же, § 131). Международный суд сделал заключение, что Новая Зеландия и Франция в своих выступлениях подтвердили готовность соблюдать свои обязательства уважать и защищать окружающую среду (там же, § 139).
[22]МККК, Доклад, представленный Генеральной Ассамблее ООН и включённый в Доклад Генерального секретаря ООН об охране окружающей среды в период вооружённых конфликтов, Док. ООН A/48/269, 29 июля 1993 г., § 91.
[23]Руководящие принципы по охране окружающей среды в период вооружённых конфликтов, п. 5.
[24]Консультативное заключение о ядерном оружии, § 33.
[25]См. устные и письменные заявления перед Международным судом в деле о ядерном оружии Великобритании (т. II, гл. 14, § 107), США (там же, § 108), Соломоновых Островов (там же, § 103) и Франции (там же, § 89).