Норма 26. Лица, выполняющие медицинские функции

Норма 26. Запрещается подвергать кого-либо наказанию за выполнение медицинских обязанностей, совместимых с медицинской этикой, и принуждать лиц, выполняющих медицинские функции, к совершению действий, противоречащих нормам медицинской этики.
Customary International Humanitarian Law, Cambridge University Press, 2005, том II, глава 7, раздел B.
Практика государств устанавливает эту норму в качестве нормы обычного международного права, применяемой во время как международных, так и немеждународных вооружённых конфликтов.
Эта норма кодифицирована в статье 16 Дополнительного протокола I и в статье 10 Дополнительного протокола II, в отношении которых не было сделано никаких оговорок[1].
Эта норма также включена в военные уставы и наставления, в том числе и в те, которые применимы или применялись во время немеждународных вооружённых конфликтов[2]. Она подкрепляется официальными заявлениями[3].
Нарушения этой нормы по сути являются нарушениями права раненых и больных на защиту и уход (см. Нормы 110–111), а также обязательства предоставлять уважение и защиту медицинскому персоналу (см. Норму 25).
Официальной практики, противоречащей данной норме, не было обнаружено ни в отношении международных, ни в отношении немеждународных вооружённых конфликтов. Случаи преследования медицинского персонала осуждаются государствами как нарушения международного гуманитарного права[4]. Они также осуждаются Организацией Объединённых Наций[5]. Кроме того, это запрещение подтверждает Совет Европы и Всемирная медицинская ассоциация[6].
Помимо действий, противоречащих нормам «медицинской этики», статья 16 Дополнительного протокола I и статья 10 Дополнительного протокола II запрещают принуждать лиц, выполняющих медицинские функции, к совершению действий в нарушение «других медицинских норм, служащих интересам раненых и больных»[7]. В практике государств не было найдено разъяснений относительно содержания этих других норм, иных, нежели нормы медицинской этики. Когда такая формулировка была добавлена на Дипломатической конференции, принявшей Дополнительные протоколы, «не было сделано попытки перечислить эти различные нормы»[8]. Представляется, что по духу это положение направлено на то, чтобы запретить «принуждение медицинского персонала к действиям, которые противоречат интересам его пациентов»[9]. В этом смысле данная норма вытекает из основополагающей гарантии не подвергать никого увечьям, медицинским или научным экспериментам или любым другим медицинским процедурам, которые не требуются по состоянию здоровья данного лица и не соответствуют общепринятым медицинским нормам (см. Норму 92).
На Дипломатической конференции, принявшей Дополнительные протоколы, Дания, Куба, Нидерланды, Норвегия и Франция выступили против возможности того, что по внутригосударственному законодательству медицинский персонал может быть обязан сообщать об огнестрельных ранениях во время вооружённого конфликта[10]. Однако в результате ни Дополнительный протокол I, ни Дополнительный протокол II не запрещают этого. Таким образом, хотя никто не может быть наказан за предоставление лечения, остаётся возможность налагать санкции на лиц, скрывающих информацию в тех случаях, когда они обязаны по закону раскрывать такую информацию. Хотя в некоторых государствах принята система полной конфиденциальности в отношении медицинских данных, содержащихся в медицинской карте, а также сообщений о конкретных видах ранений, в международном праве не существует нормы, которая запретила бы государствам принимать законодательные акты, обязывающие предоставлять информацию, в том числе, например, об инфекционных заболеваниях. Несколько государств именно так и поступили[11].
[1]Дополнительный протокол I, статья 16 (принята на основе консенсуса); Дополнительный протокол II, статья 10 (принята на основе консенсуса).
[2]См., например, военные уставы и наставления Австралии (т. II, гл. 7, § 236), Аргентины (там же, § 235), Испании (там же, § 241), Канады (там же, § 237), Нидерландов (там же, § 238), Новой Зеландии (там же, § 239), Сенегала (там же, § 240) и Югославии (там же, § 242).
[3]См., например, заявление Великобритании (там же, § 247).
[4]См., например, заявление США (там же, § 249).
[5]См., например, Резолюцию 44/165 Генеральной Ассамблеи ООН, 15 декабря 1989 г., преамбула и § 5; UN Commission on Human Rights, Res. 1990/77, 7 March 1990, § 10.
[6]Council of Europe, Parliamentary Assembly, Res. 904 (т. II, гл. 7, § 253); World Medical Association, Rules Governing the Care of the Sick and Wounded, Particularly in Time of Conflict (там же, § 257).
[7]Дополнительный протокол I, статья 16 (принята на основе консенсуса); Дополнительный протокол II, статья 10 (принята на основе консенсуса).
[8]Yves Sandoz, Christophe Swinarski, Bruno Zimmermann (eds.), Commentary on the Additional Protocols, ICRC, Geneva, 1987, § 669. Примером такой нормы может послужить запрещение врачам принимать участие в проведении медицинских процедур, осуществляемых персоналом, который официально не имеет соответствующей квалификации, например, студентами-медиками (см. Комментарий к Дополнительному протоколу II, § 4693).
[9]Yves Sandoz, Christophe Swinarski, Bruno Zimmermann (eds.), Commentary on the Additional Protocols, ICRC, Geneva, 1987, § 669.
[10]См. практику Дании (Акты Дипломатической конференции, т. XI, CDDH/II/SR.39, 20 марта 1975 г., с. 439, § 21; CDDH/II/SR.16, 10 февраля 1975 г., с. 152-153, § 63), Кубы (там же, CDDH/II/SR.16, 10 февраля 1975 г., с. 153, § 65), Нидерландов (там же, CDDH/II/SR.16, 10 февраля 1975 г., с. 152, § 59), Норвегии (там же, CDDH/II/SR.46, 4 апреля 1975 г., с. 535, § 2) и Франции (там же, CDDH/II/SR.16, 10 февраля 1975 г., с. 151, § 55).
[11]См., например, Yugoslavia, YPA Military Manual (т. II, гл. 7, § 266) и Philippines, Executive Order 212 (там же, § 276).