Норма 24. Удаление гражданских лиц и гражданских объектов из районов, расположенных вблизи от военных объектов

Норма 24. Каждая сторона, находящаяся в конфликте, должна, в максимальной практически возможной степени, удалить гражданских лиц и объекты, находящиеся под её контролем, из районов, расположенных вблизи от военных объектов.
Customary International Humanitarian Law, Cambridge University Press, 2005, том II, глава 6, раздел С.
Практика государств устанавливает эту норму в качестве нормы обычного международного права, применяемой во время международных и также, в соответствии с некоторыми утверждениями, немеждународных вооружённых конфликтов. Эта норма является практическим выражением принципа проведения различия (см. Нормы 1 и 7). Она также связана с запрещением использовать живые щиты (см. Норму 97): необходимо сделать всё возможное, чтобы эвакуировать гражданское население из районов, расположенных вблизи от военных объектов; ни при каких обстоятельствах гражданские лица не могут быть использованы для прикрытия военных объектов.
Обязанность каждой стороны в конфликте, в максимальной практически возможной степени, удалить гражданских лиц и объекты, находящиеся под её контролем, из районов, расположенных вблизи от военных объектов, закреплено в статье 58(b) Дополнительного протокола I, в отношении которой не было сделано никаких оговорок, касающихся данной нормы[1].
Многие военные уставы и наставления включают в себя это обязательство[2]. Оно также подкреплено официальными заявлениями и отражённой в отчётах практикой[3]. Такова, в том числе, и практика государств, не являющихся или не являвшихся на соответствующий момент участниками Дополнительного протокола I[4].
Хотя в Дополнительном протоколе II прямо не упоминается требование о мерах предосторожности для защиты от последствий нападений, статья 13(1) предусматривает, что «гражданское население и отдельные гражданские лица пользуются общей защитой от опасностей, возникающих в связи с военными операциями»[5]. Такую защиту трудно обеспечить, когда гражданские лица и объекты не удалены, по возможности, из районов, находящихся вблизи от военных объектов. Требование принимать эту меру предосторожности для защиты от последствий нападений также включено в более позднее договорное право, применимое в немеждународных вооружённых конфликтах, а именно, во Второй протокол к Гаагской конвенции о защите культурных ценностей[6]. Кроме того, эта норма содержится и в других документах, также касающихся немеждународных вооружённых конфликтов[7].
Военные уставы и наставления, которые применимы или применялись во время немеждународных вооружённых конфликтов, предусматривают обязанность каждой стороны в конфликте, в максимальной практически возможной степени, удалить гражданских лиц и объекты, находящиеся под её контролем, из районов, расположенных вблизи от военных объектов[8].
Решение Международного уголовного трибунала по бывшей Югославии в деле Купрешкича также свидетельствует о том, что обязанность каждой стороны в конфликте, в максимальной практически возможной степени, удалить гражданских лиц и объекты, находящиеся под её контролем, из районов, расположенных вблизи от военных объектов, является обычной как в международных, так и в немеждународных вооружённых конфликтах. В своём решении Трибунал признал эту норму нормой обычного права, поскольку она конкретизирует и расширяет общие нормы, существовавшие до неё[9]. Действительно, можно утверждать, что принцип проведения различия (см. Нормы 1 и 7), который является нормой обычного права в международных и немеждународных вооружённых конфликтах, по самой своей сути требует соблюдения этой нормы. Трибунал также опирался на тот факт, что эту норму не оспаривало ни одно государство[10]. При проведении настоящего исследования также не было обнаружено официальной практики, противоречащей данной норме.
МККК напоминает сторонам в международных и немеждународных вооружённых конфликтах об обязательстве, в максимальной практически возможной степени, удалить гражданских лиц и объекты, находящиеся под их контролем, из районов, расположенных вблизи от военных объектов[11].
Обязательство каждой стороны в конфликте, в максимальной практически возможной степени, удалить гражданских лиц и объекты, находящиеся под её контролем, из районов, расположенных вблизи от военных объектов, имеет особое значение в тех случаях, когда военные объекты невозможно отделить от густонаселённых районов, как предписывает Норма 23.
Эта норма также связана с запрещением насильственного перемещения гражданского населения, за исключением тех случаев, когда соображения безопасности требуют его эвакуации (см. Норму 129), поскольку она объясняет, что эвакуация должна осуществляться в максимальной практически возможной степени.
Согласно Руководству для военно-морских сил США, «сторона в вооружённом конфликте определённо обязана удалить гражданских лиц, находящихся под её контролем, а также раненых, больных, потерпевших кораблекрушение и военнопленных из районов, находящихся вблизи от вероятных целей неприятельских нападений»[12]. Распространение этой нормы на раненых, больных и потерпевших кораблекрушение согласуется с Нормами 109–111, касающимися эвакуации и защиты раненых, больных и потерпевших кораблекрушение, а также ухода за ними, и Нормой 121, которая требует, чтобы лишённые свободы лица содержались в помещениях, удалённых от зоны боевых действий.
[1]Дополнительный протокол I, статья 58(а) (принята 80 голосами при 8 воздержавшихся).
[2]См., например, военные уставы и наставления Австралии (т. II, гл. 6, § 139), Аргентины (там же, § 138), Бенина (там же, § 140), Великобритании (там же, § 157), Израиля (там же, § 146), Испании (там же, § 153), Италии (там же, § 147), Камеруна (там же, § 141), Канады (там же, § 142), Кении (там же, § 148), Мадагаскара (там же, § 149), Нигерии (там же, § 152), Нидерландов (там же, § 150), Новой Зеландии (там же, § 151), Того (там же, § 156), США (там же, §§ 158–159), Франции (там же, § 145), Хорватии (там же, § 143), Швейцарии (там же, § 155), Швеции (там же, § 154) и Эквадора (там же, § 144).
[3]См., например, заявления Ирака (там же, § 164) и США (там же, §§ 169–172), а также отражённую в отчётах практику Египта (там же, § 163), Зимбабве (там же, § 174), Иордании (там же, § 165), Кувейта (там же, § 166), Сирии (там же, § 168) и США (там же, § 173).
[4]См., например, практику Великобритании (там же, § 157), Израиля (там же, § 146), Ирака (там же, § 164), Кении (там же, § 148), США (там же, §§ 158–159 и 169–172) и Франции (там же, § 145), а также отражённую в отчётах практику США (там же, § 173).
[5]Дополнительный протокол II, статья 13(1) (принята на основе консенсуса).
[6]Второй протокол к Гаагской конвенции о защите культурных ценностей, статья 8.
[7]См., например, Memorandum of Understanding on the Application of IHL between Croatia and SFRY, para. 6 (т. II, гл. 6, § 136); Agreement on the Application of IHL between the Parties to the Conflict in Bosnia and Herzegovina, para. 2.5 (там же, § 137).
[8]См., например, военные уставы и наставления Бенина (там же, § 140), Италии (там же, § 147), Кении (там же, § 148), Мадагаскара (там же, § 149), Нигерии (там же, § 152), Того (там же, § 156), Хорватии (там же, § 143) и Эквадора (там же, § 144).
[9]ICTY, Kupreškić case, Judgement (там же, § 176).
[10]ICTY, Kupreškić case, Judgement (там же, § 176).
[11]См., например, ICRC, Memorandum on Respect for International Humanitarian Law in Angola (там же, § 180) и Memorandum on Compliance with International Humanitarian Law by the Forces Participating in Operation Turquoise (там же, § 181).
[12]United States, Naval Handbook (там же, § 159).