Норма 101. Принцип законности

Норма 101. Никто не может быть обвинен в совершении уголовного преступления или осужден за него на основании любого действия или упущения, которые не представляли собой уголовное преступление в соответствии с нормами национального законодательства или международного права, действовавшими на момент совершения этого действия или упущения; равным образом не может налагаться более суровое наказание, чем то, которое было применимо в то время, когда было совершено данное уголовное преступление.
Customary International Humanitarian Law, Cambridge University Press, 2005, том II, глава 32, раздел N.
Практикой государств эта норма устанавливается в качестве нормы обычного международного права, применяемой во время как международных, так и немеждународных вооружённых конфликтов.
Третья и Четвёртая Женевские конвенции предусматривают, что военнопленные и гражданские лица, соответственно, не могут быть судимы за действия, которые не являлись предусмотренными законом уголовными преступлениями до момента совершения этих действий[1]. Дополнительные протоколы I и II повторяют этот принцип и добавляют, что не может быть наложено более суровое наказание, чем то, которое применялось на момент совершения действия; если же после совершения преступления законом устанавливается более легкое наказание, то действие этого закона распространяется и на данного преступника[2]. Этот принцип законности также закреплён в Статуте Международного уголовного суда[3].
Данный принцип законности также закреплён в нескольких военных уставах и наставлениях и является частью большинства, если не всех, национальных правовых систем[4].
Принцип законности, в том числе запрещение наложения более сурового наказания, чем то, которое применялось на момент совершения преступления, закреплён в Международном пакте о гражданских и политических правах, Конвенции о правах ребёнка и региональных конвенциях о правах человека[5]. Он особо упомянут среди принципов, от которых невозможны отступления, в Международном пакте о гражданских и политических правах и в Европейской и Американской конвенциях о правах человека[6], тогда как Конвенция о правах ребёнка и Африканская хартия прав человека и народов вообще не допускают возможности отступлений. Кроме того, Международный пакт о гражданских и политических правах и Американская конвенция о правах человека устанавливают, что, если после совершения преступления законом устанавливается более легкое наказание, действие этого закона распространяется на данного преступника[7]. Этот принцип законности также содержится в других международных документах[8].
Принцип законности был истолкован Европейским судом по правам человека как воплощение того принципа, что лишь закон может определить преступление и назначить наказание, и того принципа, что уголовное право не должно толковаться широко в ущерб обвиняемому, например, по аналогии. Для этого необходимо, чтобы преступление было чётко определено в праве, чтобы «лицо могло понять из формулировки соответствующего положения и, при необходимости, с помощью его толкования судом, какие действия и упущения налагают на него ответственность перед законом»[9]. Европейский суд по правам человека указал, что принцип законности позволяет судам постепенно прояснять нормы уголовной ответственности путём судебного толкования от дела к делу, «при условии, что полученные выводы не противоречат сути правонарушения и их можно было разумно предвидеть»[10]. Межамериканский суд по правам человека также подчеркнул, что принцип законности требует, чтобы преступления классифицировались и описывались «чёткими и недвусмысленными формулировками, которые точно определяют наказуемое правонарушение»[11].
[1]Третья Женевская конвенция, статья 99, ч. 1; Четвёртая Женевская конвенция, статья 67.
[2]Дополнительный протокол I, статья 75(4) (с) (принята на основе консенсуса); Дополнительный протокол II, статья 6(2)(с) (принята на основе консенсуса).
[3]Статут МУС, статья 22(1) и статья 24(1)–(2).
[4]См., например, военные уставы и наставления Аргентины (т. II, гл. 32, §§ 3691–3692), Великобритании (там же, §§ 3699–3700), Испании (там же, § 3697), Канады (там же, § 3693), Колумбии (там же, § 3694), Нидерландов (там же, § 3695), Новой Зеландии (там же, § 3696), США (там же, §§ 3701 3702) и Швеции (там же, § 3698), а также законодательство Бангладеш (там же, § 3704), Индии (там же, § 3703), Ирландии (там же, § 3705), Кении (там же, § 3703), Киргизии (там же, § 3703), Кувейта (там же, § 3703) и Норвегии (там же, § 3706).
[5]Международный пакт о гражданских и политических правах, статья 15(1); Конвенция о правах ребёнка, статья 40(2) (а); Европейская конвенция о правах человека, статья 7(1); Американская конвенция о правах человека, статья 9; Африканская хартия прав человека и народов, статья 7(2).
[6]Международный пакт о гражданских и политических правах, статья 4; Европейская конвенция о правах человека, статья 15(2); Американская конвенция о правах человека, статья 27.
[7]Международный пакт о гражданских и политических правах, статья 15(1); Американская конвенция о правах человека, статья 9.
[8]См., например, Всеобщую декларацию прав человека, статья 11; Хартию Европейского Союза об основных правах, статья 49.
[9]European Court of Human Rights, Kokkinakis v. Greece (т. II, гл. 32, § 3712).
[10]European Court of Human Rights, S. W. v. UK (там же, § 3713).
[11]Inter-American Court of Human Rights, Castillo Petruzzi and Others case (там же, § 3714).